Сетевой резерв - "неразменный рубль" российской электроэнергетики. Глава первая.

По мотивам рассказа Н.С.Лескова (1831 - 1895) "Неразменный рубль".

Есть поверье, будто волшебными средствами электросетевым организациям можно добиться от потребителей оплаты за фактически неоказываемые услуги, то есть за такие услуги, которые сколько не оказывай, тебе за них все равно можно требовать оплаты. Такой вот электросетевой "неразменный рубль" получается. Но для того чтобы его заполучить нужно добиться свершения нескольких событий. Всех их я не знаю, но знаю, что, между прочим, надо, чтобы высокопоставленный чиновник, желательно курирующий электроэнергетику на публичном мероприятии во всеуслышание заявил, что электросети оплачивают резерв (которого на самом деле не существует и который они на самом деле не оплачивают).

Так и произошло 4 октября 2018 года на Пленарной сессии "Развитие инфраструктуры для роста экономики и уровня жизни граждан".

Screenshot_1.png

Таким образом, утверждается, что электросетевые организации оказывают несуществующую услугу по резервированию сетевой мощности, за которую несут расходы, которые им не компенсируются.

Однако, согласно подпункту 4 пункта 23.1 Федерального закона «Об электроэнергетике» государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках подлежат цены (тарифы) на «услуги по передаче эклектической энергии» и «услуги технологического присоединения». В связи с чем, основания по установлению цен (тарифов) на оплату объёма резервируемой мощности отсутствуют, а взимание платы за фактически неоказываемые услуги необоснованно в силу того, что сетевые организации услуг по резервированию мощности не оказывают. 

Ещё одно условие - убедить общественность, что в электросетевом комплексе существуют резервы сетевой мощности. В качестве довода обычно проводятся разного рода графики, в которых демонстрируют прирост заявок о технологическом присоединении и прирост мощности по актам о технологическом присоединении. Ниже, ТОЛЬКО В КАЧЕСТВЕ ПРИМЕРА, приведён подобный график. Правда объективность данных на нём сомнительная.

Screenshot_1.png

Исходя из данной логики суммарная установленная мощность подстанций 35-110(220) кВ должна более чем в 2 раза превышать суммарную максимальную мощность потребителей. При этом, используя пересчёт кВА в кВт (cosϕ=0,85) очевидно лишь некоторое вероятностное превышение суммарной установленной мощности над арифметической суммой максимальных мощностей потребителей. Анализ данных установленной мощности и суммарной мощности по наиболее крупным МРСК (при условии приближенного к идеальному балансу реактивной мощности в энергосистеме) показывает, что ни по одной из них не соблюдаются навязываемое общественности суждение.

Screenshot_2.png

Также необходимо навязать упрощённое представление об определении величины резервируемой мощности, как арифметической разности между величиной максимальной мощности по документам о технологическом присоединении и величиной фактического потребления электроэнергии.

Вместе с тем, не берётся во внимание, что максимальная мощность является исключительно предметом договора о технологическом присоединении к электрической сети и напрямую связана только с объемом сетевого имущества на стороне потребителя и на последнем участке сети от границы данного потребителя до ближайшего центра питания (последняя миля). Обязательств для сетевой организации по наличию и содержанию резервов мощности соответствующего объёма обособленно для данного потребителя таким договором и иными требованиями не предусматривается.

Вследствие кольцевой топологии сети, учета неодновременности максимальной нагрузки потребителей (разного для разного состава потребителей), методов схемного (без наращивания мощностей) обеспечения резервов пропускной способности подстанций и с учетом значительной доли мощностей, не связанных непосредственно с подключением конечных потребителей (системная надежность, транзитные/межсистемные перетоки, выдача мощности генерации, перспективное развитие территории), объем реальных сетевых мощностей и их «резерва» для конкретного потребителя в масштабах центра питания, энергорайона на смежных и вышестоящих центрах питания и, тем более, в энергосистеме мало связан с договорной величиной максимальной мощности энергопринимающих устройств потребителей – эти величины не имеют линейной зависимости и тем более не равны. Учитываться в полном объеме на ближайшем центре питания и восприниматься как полностью «зарезервированная» за потребителем максимальная мощность может в единичных случаях – только на тупиковых участках сети, когда на концевой подстанции имеется один-два потребителя с одинаковым профилем нагрузки, нет субабонентов и нет транзитного перетока электроэнергии.

Из этого следует, что фактическая сетевая инфраструктура не соответствует навязываемому представлению о наличи резервов сетевой мощности, а во многих регионах потребителям «продано» больше мощности, чем фактически имеется сетевых объектов (при соблюдении требований проектирования энергосистем).

Screenshot_2.png

В качестве иллюстрации отсутствия корреляции между «бумажной» арифметической суммой мощности по актам о ТП потребителей и объемом мощности сетевых объектов, вводимых после строительства или реконструкции в целях подключения потребителей: совокупно по МРСК за период с 2009 по 2013 год сообщается о подключении (по актам о ТП) суммарно 29 ГВт мощности энергопринимающих устройств, или около 35 ГВА полной мощности (из расчета «проектировочного» коэффициента cosϕ= 0,85), при этом объем ввода (постановки под нагрузку) трансформаторных мощностей составил 53,2 ГВА, однако прирост суммарной установленной мощности трансформаторов в целом составил 28,65 ГВА за этот же период, включая сетевые мощности под перспективное развитие, обеспечение резервирования трансформаторной мощности по надежности, объекты системной надежности. Таким образом, потребителям продано в 1,5 раза больше максимальной мощности, чем по факту было установлено сетевыми организациями. 

Screenshot_3.png

Ещё нужно обязательно утверждать, что наличие резервируемой мощности является препятствием по технологическому присоединению новых потребителей электроэнергии.

На самом деле, резервируемая максимальная мощность не является ограничением для новых присоединений. Согласно п.33 Правил технологического присоединения, сетевые организации имеют полномочие определять резервы свободной мощности на питающих центрах. В соответствии с Методическими указаниями по определению резерва мощности на центрах питания, утверждёнными Приказом ПАО "Россети" от 29.12.2013 года №727 "О планировании развития электрических сетей" резерв мощностей определяется по устоявшимся режимам, резервам, выделенным для обеспечения транзитных перетоков, находящихся на исполнении договоров о технологическом присоединении и с учётом мероприятий по увеличению резерва мощности центра питания.

Screenshot_1.png

Как правило, подавляющая часть питающих центров являются открытыми для новых присоединений, а подстанции, получающие статус «закрытой» для подключений, не имеет свободных мощностей, полностью загружены по фактическим замерам.

Screenshot_4.png

Таким образом, навязываемое представление о том, что резерв мощности определяется на основании данных о величине максимальной мощности по документам о технологическом присоединении и величине фактического потребления электроэнергии, не имеет ничего общего с принятой на практике методологией его определения и соответственно, не влияет на возможность по технологическому присоединению новых потребителей. И тем более потребители, у которых по документам о технологическом присоединении зафиксирована высокая максимальная мощность, не влияют на возможность технологического присоединения.

Ещё одним действом для получения "неразменного рубля" российской электроэнергетики является убеждение в том, что "бумажные резервы" формируют только непосредственно потребители электрической энергии, являющиеся потребителями услуг по передаче электроэнергии.

Вместе с тем, согласно анализу официальной отечности и инвестиционных программ ПАО «Россети» основной объём вводов новой сетевой мощности и реконструкции существующих сетей (соответственно, образуемого сетевого хозяйства и увеличения стоимости сетевого хозяйства), осуществляется в рамках проектов развития инфраструктуры и реновации сетей (по заявкам сетевых организаций), то есть конечный потребитель отсутствует или является системным - это примерно 76% совокупных инвестиций в 2011-2014 годах. В рамках технологического присоединения (24% совокупных инвестиций в 2011-2014 годах) значительная доля вводов осуществляется в рамках организации схем выдачи мощности генерации (30% по мощности подписанных актов завершённого технологического присоединения), а также при присоединении льготных категорий потребителей до 15 и до 150 кВт (в том числе населения).

То есть в среднем выходит, что из всего объёма исполненных договоров на технологическое присоединение непосредственно потребителей электроэнергии (примерно, 16,8% от инвестиционных программ в 2011-2014 года) 16,13% приходится на льготные категории потребителей до 150 кВт (включая население) и только ~ 0,67% на потребителей от 150 кВт (на потребителей от 150 кВт до 670 кВт и свыше 670 кВт).

Таким образом, совокупный "неразменный рубль" российской электроэнергетики формируют в первую очередь сами электросетевые организации (~76%), льготные категории потребителей (~16,13%), производители электроэнергии (~7,2%) и только 0,67% потребители электроэнергии от 150 кВт. А платить за всех, как вы понимаете предлагается последним.

Screenshot_5.png

*данные по структуре технологического присоединения за 2016 год применены к аналитическим данным по 2011-2014 годам для демонстрации некорректности утверждения о том, что "бумажный" резерв формируют только непосредственные потребители. 

Конечно, это поверье пустое и недостаточное; но есть простые люди, которые склонны верить, что "неразменные рубли" в действительно можно добывать.

Н.С.Лесков "Неразменный рубль" 1883 год

Глава 2

Глава 3